Перечитывая «Властелина Колец»: В доме Тома Бомбадила.

[Darth Legas]

И снова здравствуйте! На этой неделе мы в доме Тома Бомбадила. Я надеюсь, что вы читаете эти строки за чашечкой чая у накрытого стола, а снаружи шумит дождик. А если вы хотите целиком погрузиться в атмосферу главы, подбирайте мелодию для любой части этого поста и напевайте.

В этой главе «происходит» совсем немного с точки зрения развития сюжета: Хоббиты просто получили вполне заслуженную передышку от опасности, когда они едва не утонули или их чуть не сожрала злобная ива. Но странная сказочная атмосфера «Старого леса» сохраняется, и здесь есть много интересных вещей, над которыми можно поразмышлять, если мы немного отойдём от основного повествования и взглянем на Толкина и Средиземье в целом.

Кто такой Том Бомбадил?

На этой неделе я провела много, очень много, слишком много времени, читая о Томе Бомбадиле. В каком-то смысле это, наверное, глупое занятие. Его личность не влияет на повествование «Властелина Колец». Толкин говорил, что он умышленно оставил личность Бомбадила, как и большую часть Средиземья, тайной. Это более ранний персонаж, оставшийся от детских историй и немногих стихов, которые Толкин сочинял в молодости. Так что по поводу Тома мы можем вполне обоснованно пожать плечами и заняться своими делами. Но я считаю, что настоящий поклонник должен разобрать всё по косточкам; а раз мы говорим про Толкина, у которого хватило времени, чтобы поменять перо на шляпе Тома с павлиньего на лебединое, потому что оно больше подходило к экосистеме Средиземья, то давайте начнём.

«Разве вы ещё не знаете моё имя? Это и есть ответ. Скажите мне, кто вы, одни, сами по себе, безымянные? Но вы молоды, а я стар. Старейший, вот кто я. Запомните мои слова, друзья: Том был здесь до реки и деревьев; Том помнит первую каплю дождя и первый жёлудь. Он прокладывал тропинки до Большого Народа, он видел, как пришёл Малый народец. Он был здесь до королей и могил с Нежитью. Когда Эльфы уходили на запад, Том уже был здесь, до того, как моря изменились. Он знал тьму под звёздами, когда она не скрывала в себе страха».

«Кто такой Том Бомбадил?»

«Он есть», - ответила Златеника, остановившись на мгновение и улыбнувшись.

Фродо вопросительно посмотрел на неё.

«Он есть, вы же видели его», - сказала она в ответ на его взгляд. «Он Хозяин леса, воды и холма».

«Значит, вся эта странная земля принадлежит ему?»

«Вовсе нет», - ответила она, и её улыбка угасла. «Это было бы такой обузой… И деревья, и травы, и всё, что растёт и живёт на земле, принадлежит само себе. Том Бомбадил - Хозяин».

Всё это просто слова, конечно, но, похоже, что Том подтверждает их, когда надевает Кольцо и не исчезает, а потом ухитряется заставить исчезнуть его (или, по крайней мере, показывает удивительную ловкость рук, когда снимает его).

Это странный персонаж: его действия с Кольцом подсказывают нам, что он намного сильнее, чем кто-либо ещё в этой истории, но он проводит время, шатаясь по Старому лесу, и, как мы знаем, не сильно беспокоится о том, что происходит за его границами. Он заявляет, что он Старейший, это очень смелое заявление для весьма долгой истории Средиземья. Он хозяин всего, но ему ничего не принадлежит. Златеника на вопрос о том, кто он, отвечает словами «он есть», утверждением с очень сильным религиозным подтекстом для тех, кто воспитывался в христианстве или принял его.


Tom Bombadil, by Alan Lee
Я бы послушала ваши размышления по поводу Бомбадила. Когда я первый раз читала «Властелина Колец», я была младше и считала его (и Златенику) кем-то вроде духа природы. Я знаю, что есть предположения, что эти двое – Валар, подобные ангелам или полубогам в мифологии Толкина. Это интересное предположение, потому что описание Златеники вполне совпадает с образом Йаванны, да к тому же оно хорошо объясняет, почему Бомбадил «старейший». Другие считают это предположение натяжкой, учитывая силу Бомбадила, и утверждают, что он Майа (так же, как Гэндальф, Саруман и Саурон). Честно говоря, эти предположения меня не совсем устраивают, так как требуют определённых умственных упражнений, чтобы выглядеть правдоподобными.

Мне понравилась теория, на которую я наткнулась на этой неделе. Она немного другая, но чудесная и образная, так что я расскажу про неё. Здесь в длинной ленте постов кто-то предположил, что Том Бомбадил является чем-то вроде духа или проявления Музыки Айнур (тем, кто не знает «Сильмариллион» наизусть, поясню, что это касается истории сотворения мира, придуманной Толкином: земля возникла из пения Валар, о которых мы уже говорили выше, а зло вошло в мир через Плохого Парня-Валу Мелькора, который начал искажать песнь своими мыслями). В этом плане Бомбадил воплощает всё благо Земли до того, как она была искажена, и он способен «исправлять» зло вроде Старой Ивы с помощью своей песни. Это прекрасное эссе с блестящими идеями, и если у вас найдётся немного времени, прочтите его. Благодаря этому эссе я перестала быть безразличной к Бомбадилу и начала считать его потрясающим персонажем, кроме того, оно подчёркивает умение Толкина вплетать огромные исторические пласты в текст меньших историй. (Коротенько: утверждается что Бомбадил – это дух музыки Айнур, а Унголиант, мамаша паука Шелоб и ещё одна аномалия Средиземья – это дух искажения Мелькора.)

Толкин и Природа

Он рассказывал им о пчёлах и цветах, о путях деревьев и о странных созданиях Леса, о злом и добром, о друзьях и недругах, о жестокости и доброте и о тайнах, скрытых в ежевике. Они слушали и начинали понимать жизнь Леса, отдельную от них.

Мне очень нравится то, как Толкин обращается с природой в этой главе. Ещё со «Старого леса» продолжается описание природы как чего-то прекрасного и одновременно пугающего. Постепенно в главе нарастает напряжение между укрощённой и дикой природой, красотой и опасностью. Посмотрите на пары в процитированном фрагменте: природа Толкина жестокая и добрая, а, кроме того, она иная. Не то, чтобы я хорошо разбиралась, но мне показалось, что это очень пре-индустриальный взгляд на природу. Природа – это не то, что нужно укротить, но и не то, чем можно восхититься как милым украшением у окраины города. Она сама по себе, отдельная, пугающая и требующая уважения. Вот что Том говорит о деревьях Старого леса, которые он отлично знает:

Слова Тома открывали сердца и помыслы деревьев, и часто они были тёмными и странными и полными ненависти к тем, кто мог свободно ходить по земле, кто грыз, кусал, ломал, крушил, жёг: к разрушителям и захватчикам… Бессчётные годы наполнили их гордыней, глубокой мудростью и злобой.

Ух! Но в то же время глава довольно спокойная и красивая. Том собирает кувшинки для Златеники. Дождь описан как мягкий, как день уборки. Когда Фродо выглядывает из западного окна, то видит, что зловещему туману над лесом противостоят ярко-красные цветы на фасоли.

Том Бомбадил и Истории

Они слушали про Великие Курганы и зелёные насыпи, про каменные кольца над холмами и пещеры под холмами. Овцы блеяли в стадах. Вставали зелёные стены и белые стены. На вершинах были крепости. Короли маленьких королевств сражались вместе, а юное Солнце пламенем сияло на красных клинках их новых и жадных мечей. Были победы и поражения; но башни рушились, крепости горели, и пламя уносилось к небу. Золото сыпалось на одры мёртвых королей и королев; их хранили курганы и запертые каменные двери; и всё поросло травой… Издалека, из темноты пришла тень, и кости смешались в курганах. В гробницах бродила Нежить, кольца звенели на холодных пальцах, да золотые цепи позвякивали на ветру. Каменные кольца скалились из земли как обломанные клыки.


The Willow-man is Tamed, by Ted Nasmith
Разве не чудесно? Я совсем не помнила этого абзаца, но после перечитки я записала его в любимые. Это такой потрясающий фрагмент, мрачный и динамичный. Меня просто захватывает сдвиг в повествовании, который начинается со слов «Овцы блеяли в стадах». Я не знаю, каким термином это называется, но мне нравится то, как внимание перемещается с Хоббитов, слушающих историю, на саму происходящую историю. Это интересная смесь далёкой исторической перспективы и отдельных ощутимых фактов: тысячелетняя история сжата в несколько предложений, и мы узнаём её через красный блеск солнца на мече, звон колец на холодных пальцах и каменные кольца, похожие на обломанные клыки. Это написано просто удивительно.

А ещё мне нравится ощущение энергии и движения в рассказах Тома и Златеники. Про песни Златеники говорится, что они начинаются в холмах, а потом «мягко гаснут в тишине». Истории Тома даже более сильные, потому что хоббиты почти что буквально путешествуют по ним. Это чувство только усиливается от того, что, как только рассказ заканчивается, они не могут понять, сколько времени прошло.

Когда они снова прислушались к его словам, они обнаружили, что он скитается по странным землям, которых они не помнили и не могли представить, во временах, когда мир был шире, и моря бежали прямо к западному Берегу; а Том всё бродил, напевая, под древними звёздами, где пробудились лишь Эльфы. Потом он вдруг остановился, и они увидели, что голова его склонилась, словно он засыпал. Хоббиты тихонько сидели перед ним, очарованные: казалось, что словно подчиняясь силе его слов, стих ветер, рассеялись тучи, завершился день, с востока и запада надвинулась темнота, и всё небо наполнилось сиянием белых звёзд.

Заключительные комментарии:


[*]Что вы думаете про Златенику? Она очень милая, но не похожа на персонажа, способного сравниться с Томом. Во многом она является лишь менее приземлённой версией миссис Мэггот, она успокаивает хоббитов и кормит их. Я начинаю скучать по Эовин.

[*]Кстати, о фермере Мэгготе: я забыла, что Том Бомбадил его знает и «считает более важной персоной, чем [хоббиты] могли представить». Отлично, фермер Мэггот. Почему-то мне кажется, что одобрение Бомбадила дорогого стоит.

[*]Снова наши Хоббиты видят сны: у Мерри и Пиппина это кошмары, где один тонет, а второго стискивает ива, но эти кошмары прогоняет голос Златеники. Фродо видит, как Гэндальф бежит из Ортанка, но в этот момент он ещё не понимает, что он видел. А вот Сэму ничего не снится. Похоже, его почти не затронуло всё то, что здесь происходит, так как только на него не подействовали чары Старой Ивы в Старом Лесу. Или это потому, что он садовник?

[*]Лучшая цитата: Моя любимая процитирована выше, это история Упокоищ. Но есть и конкурент: «Комната выходила на запад, на туманную долину, и окно было открыто. Вода капала с крытой соломой крыши. Не успели они позавтракать, как тучи сомкнулись в непробиваемый свод, и мягко и ровно пошёл прямой серый дождь. Лес полностью закрыла густая пелена». Хорошее описание дождливого дня.


Увидимся через две неделе в «Тумане над Упокоищами»!

Автор статьи: Кэтлин Валковиак (Fandom Following)

Перевод: Elenven