Перечитывая «Властелина Колец»: Старый Лес.

[Darth Legas]

В любом случае, нам необходимо вымыть окна, чтобы освободить то,  что мы видим чётко, от серой, расплывчатой банальности и привычности - от ощущения собственничества. Изо всех лиц, знакомым сложнее всего удивляться, на них сложнее всего взглянуть свежим взглядом, воспринимать их похожесть и непохожесть: что они - лица, и в то же время - лица уникальные. Эта банальность является своего рода платой за присвоение: то, что привычно (в плохом смысле), знакомо - это те вещи, что мы законно ли, мысленно ли, присваиваем. Мы говорим, что знаем их. Они стали похожими на вещи, которые однажды привлекли нас своим сиянием, или цветом, или формой, а когда мы завладели ими и закрыли в нашем хранилище, присвоили, то, получив их, перестали на них смотреть. 

Дж. Р. Р. Толкин, «О волшебных сказках»

. 

Прежде, чем мы отправимся в Старый Лес, предлагаю поговорить немного о фэнтези. Толкина очень часто называют Отцом современного жанра фэнтези. Считается, что в современном фэнтези авторы либо идут по стопам Толкина, либо прокладывают новые пути на основе его книг. Взгляните на раздел, посвящённый истории фэнтези в Википедии: в нём говорится о раннем фэнтези, современном фэнтези, эпохе Толкина, эпохе пост-Толкина. Вот такие дела.

Конечно, подобное деление можно объяснить: в начале «Братства Кольца» Фродо - это Осиротевший фермерский мальчик, которого отправляют в Приключение и дают задание Спасти мир от Великого Зла. Весьма логично связать эпичное фэнтези 80х-90х с подобным шаблоном. Но в целом я затрудняюсь сказать, как можно назвать Толкина отцом современного жанра фэнтези. В лучшем случае, он - богатый, эксцентричный дедушка. На то есть много причин, о которых мы поговорим по мере чтения. Это и использование персонажей, и видение магии, и истории, и тон повествования, и цели автора. Честно говоря, на эту тему можно написать бесчисленное количество эссе.

Но начать можно вот с чего: ни «Старый Лес», ни следующую за ним главу «В доме Тома Бомбадила» в жизни бы не опубликовал современный издатель. В «Старом Лесе» сюжет не продвигается вперёд. В этой главе нет значительного предвосхищения будущих событий. Мы не узнаём о персонажах ничего нового, кроме того, что мы уже о них знаем: Мерри - прекрасный лидер, а Сэм отважен и упрям перед лицом опасности. И это довольно странный выбор первого испытания для нашего маленького братства: опасность остаётся неосязаемой и неотчётливой до самого конца, когда Хоббиты внезапно оказываются совершенно беспомощными пока их не спасает существо в синей шляпе и жёлтых сапогах, побеждающее дерево силой песни. В общем, вашей литературной группе определённо было бы ЧТО сказать об этой главе, если бы вы предложили её на рецензию. 

Несмотря на всё вышесказанное, мне нравится эта глава. Очень нравится. Она странная и дезориентирующая, но живая и гипнотическая. И я думаю, что она хорошо вписывается в представления Толкина о фэнтези, в том числе и в свете указанной в эпиграфе цитаты. Хорошая волшебная история (или вымысел, если хотите) строится не только на внешних атрибутах, сколь необходимыми бы они ни были для построения основы. Подобные истории должны пробуждать чувства, отгораживать читателя от самоуспокоенности, чтобы знакомое - «присвоенное», как писал Толкин - внезапно показалось новым. В «Старом Лесе» это осуществляется по-разному, начиная от давящей магии деревьев, и заканчивая высокопарным пением... богов? Духов природы? Кого-то... иного? Пора заглянуть в земли Тома Бомбадила, ребята. Пройденный вами путь может разниться. 

Старый Лес

Старый Лес во многом воспринимается как традиционная разновидность волшебных земель. Мерри ведёт компанию через подземный тоннель, сокрытый за увешанной паутиной живой изгородью. Разница между «до» и «после» потрясает. В начале пути Хоббиты идут сквозь туман, влажные ветви и холодную серую росу. Но как только они оказываются в лесу, становится жарко и ярко. Это хороший момент, переносящий нас в другой мир, где события быстро и внезапно становятся странными. 

Первое, что поразило меня в этой главе - это впечатление того, как на протяжении всего повествования герои боятся совсем не того, чего следует. Фродо предлагает пойти через Старый Лес в попытке уйти от преследования Чёрных Всадников. Это разумное решение. Интересно, как все прошлые угрозы исчезают в этой главе: в ней нет упоминания ни Чёрных Всадников, ни Саурона, ни Кольца. 

Даже несмотря на это, Хоббиты, кажется, не до конца осознают угрозу. Перед тем, как войти в Лес, Пиппин интересуется, есть ли там иные опасности, помимо деревьев. На это Мерри даёт весьма зловещий ответ: нечто прокладывает тропы. Помимо этого, есть страх перед деревьями. Мерри упоминает, что ночью деревья шепчутся друг с другом, «передавая новости и секреты на непонятном языке, а ветви колыхаются и переплетаются даже в безветренную погоду». Недоверие к деревьям возрастает, когда Хоббиты заходят в Лес и постоянно оглядываются, боясь, что ветви их вот-вот ударят. 

И это вовсе не оказывается проблемой: деревья - это более туманная и поверхностная опасность, нежели нечто, обитающее в Лесу. Помимо жары и близости деревьев в лесу присутствует ощущение всепоглощающего отчаяния. Попытка Фродо поднять настроение песней проваливается ещё до того, как он заканчивает пение. Все остальные описаны подавленными. Даже на вершине холма в центре леса, где Хоббиты наконец-то вышли из-под крон деревьев, их местонахождение представляло собой «островок в море деревьев, а горизонт был подёрнут дымкой». По другую сторону холма ситуация лишь усугубляется. Несмотря на все попытки Хоббитов пойти в северном направлении, кажется, что Лес вынуждает их идти на юг, обрезая тропинки и завлекая в небольшие овраги. «Их сбивали с пути, и они просто следовали избранной для них дороге». Всё это очень тревожно, и складывается впечатление, что вместо того, чтобы напасть на Хоббитов напрямую, Лес истощает их волю. Доходит до того, что не дерево атакует Мерри, Пиппина и Фродо, а они сами сдаются ему на милость. 

Меня поразило, как на протяжении главы внешние страхи и угрозы преуменьшаются, а внешние - выходят на первый план. Это прекрасно предвосхищает события всего «Властелина Колец» в целом. В конце концов это приводит к внутренним испытаниям характера для большинства наших Хоббитов, когда внешние события почти полностью зависят от внутренних решений и реакций. Реальная угроза - это не враги, ползущие через леса, или злобные деревья. Она заключается в личной неудаче и утере внутренних стандартов. Потеря воли и самоощущения - вот самая серьёзная угроза. 

Том Бомбадил

Басовитый, весёлый голос пел песню - беззаботно и радостно, но пел он чепуху.

Когда внутренняя угроза обретает внешнюю форму - когда дерево поглощает Мерри и Пиппина - их спасает Том Бомбадил. Мне бы не хотелось сильно углубляться в особенности этого персонажа сейчас, потому что ему и Златенике посвящена целая глава. Интернет - это странный, бездонный кладезь домыслов о Томе Бомбадиле, в которых предполагается, что он кто угодно - начиная от самого Эру и заканчивая Майа или духом природы. На данный момент одно из моих любимых предположений заключается в том, что он - тайное альтер-эго Короля-чародея Ангмара. Уверена, мне будет что сказать в следующем эссе. 

Сейчас мне хотелось бы поделиться моими первыми впечатлениями о Томе Бомбадиле и тем, как он вписывается (или не вписывается) в эту главу. Вот как Толкин описывает его: 

Внезапно, подпрыгивая и пританцовывая над камышами появилась старая, потрёпанная, высокая шляпа с длинным синим пером, заправленным за ленту. Шляпа ещё раз подскочила, а вслед за ней появился человек, как то казалось с виду. В любом случае, он был слишком большим и тучным для Хоббита, но не слишком высоким для Больших Людей. Шума же для одного он создавал предостаточно,  топая полными ногами, обутыми в жёлтые сапоги и продираясь через траву и камыши как корова, спешащая на водопой. На нём был синий кафтан.  У него была длинная тёмная борода, яркие синие глаза и красное -  словно спелое яблоко - лицо, испещрённое сотнями весёлых морщинок. 


The Willow-man is Tamed, by Ted Nasmith
Когда я была ребёнком, я не любила Бомбадила. Я воспринимала Толкина очень серьёзно и была очарована Эльфами, светом звёзд и деревьями. Бомбадил был глупым, а я не хотела глупости в фэнтези. Он видился мне персонажем, которого, если бы «Властелина Колец» снял Тим Бёртон, сыграл бы до абсурда загримированный Джонни Дэпп.

На этот раз, однако, он нравится мне больше. Он странный и выбивается из тона повествования. Но я думаю, что он хорошо сочетается со Старым Лесом. Мне нравится идея старого, заросшего леса, покрытого мхом и листьями ивы и нашёптывающего безнадёжные вещи бедным, маленьким Хоббитам. И всё это по велению персонажа, скачущего по лесу в синих перьях и жёлтых сапогах, поющего песни там, где другие не могут. Это также хорошо сочетается с комментарием Толкина о фэнтези в эпиграфе. Когда лес начинает казаться знакомым и читатель думает «да, отлично, я знаю, куда это всё идёт», появляется Бомбадил и происходящее кажется ещё более странным, необъятным и опасным. Я ещё не до конца включилась, но Том нравится мне гораздо больше, чем я могла предположить. 

Заключительные комментарии:


[*]Расскажите, как вам Том Бом, Весёлый Том, Том Бомбадилло. 

[*]Если вы не знаете, как появился Том Бомбадил, то это захватывающая история. Вот что говорят об этом в фонде Наследие Толкина: Томом Бомбадилом звали голландскую куклу, которая принадлежала второму сыну Дж. Р. Р. Толкина Майклу. Его старшему брату Джону она не нравилась, и однажды он решил спустить её в туалет. Но куклу спасли от этой жалкой участи, и она стала героиней поэмы «Приключения Тома Бомбадила». 

[*]Если вы ещё не читали эссе Толкина «О волшебных сказках», сделайте это. Это - потрясающее эссе, обязательное к прочтению для всех, кто заинтересован в написании фэнтези. 

[*]Сэм о Старце Иве: «Мне не нравится это огромное дерево. Я не доверяю ему. Послушайте, как оно напевает о сне. Это совсем не дело». Есть идеи, почему именно Сэму удалось противостоять Иве? Мне так и хочется сказать, что Сэм намного лучше понимает себя и более уравновешен, чем другие. Хотя Сэм и представляется персонажем, которого может привести в восторг магическое дерево, я не уверена в чём тут дело.  В начале главы лес меньше всего влияет на Мерри. Потому ли это, что он был там ранее? 

[*]Мне так нравится, как Сэм реагирует на падение Фродо в Ивлянку: «Не стоит сидеть в таком месте, если хочется спать». Ты прав, Сэм! 

[*]- Минуточку, - воскликнул Сэм, вдохновлённый идеей с дровами.  - Мы можем придумать что-нибудь с огнём.


- Можем, - с сомнением произнёс Фродо. - Мы можем зажарить Пиппина заживо. 


[*]Любимая цитата. На этот раз было очень много хороших претендентов. Толкин великолепен в описании густой, давящей лесной клаустрофобии. Несмотря на это, мне очень нравится абзац сразу после того, как Фродо и компания покидают Крикхоллоу:


 Листья на деревьях блестели, а каждая веточка была влажной: трава серела от холодной росы. Было тихо, и отдалённые звуки казались близкими и чёткими: во дворе гомонили птицы, кто-то закрывал дверь далёкого дома.

Это точное описание того, каково это - выйти в раннее, осеннее утро. 

Автор статьи: Кэтлин Валковиак (Fandom Following)

Перевод: Lady Olivia