Darth Legas
Гроза Форума
- Регистрация
- 18 Апр 2009
- Сообщения
- 5,577
Хоббиты вернулись! После двух глав, начисто лишённых бодрой отваги хоббитов, Мерри и Пиппин триумфально вернулись, оставаясь столь бодрыми и отважными, что вы не ожидали бы такого от тех, кого похитили и пытали орки. «Урук-Хаи» - жёсткая глава. Толкин наполняет её склоками между группами орков, обезглавливаниями и осмеливается сделать Пиппина печальным и нанести Мерри ранение в голову. Но несмотря на такую суровую основу, «Урук-Хаи» всё же проливает немного света на события и содержит множество намёков и предположений на то, что будет.
Возврат
Толкин ступает на неверную почву в «Урук-Хаи». Это первая глава, напрямую связанная с разделением повествования, которое началось в «Братство распалось», и соответственно, это важная проверка того, будет ли книга сбалансированной. Проведя две главы с микро-братством Арагорна, мы возвращаемся, отматываем события назад, чтобы узнать, что же случилось с Мерри и Пиппином после того, как они умчались в лес у Амон Хен.
Это могло оказаться неудачной идеей. Возвращение так близко к началу истории вполне могло замедлить повествование или уничтожить импульс. (Кто-нибудь помнит тот постыдный эпизод Lost? Нет, не этот, а вот этот). Толкин, по моему мнению, успешно избегает этой ловушки, используя несколько разумных приёмов. Прежде всего, факт, что мы не имеем понятия, выжили Мерри и Пиппин, или нет. Я не уверена, что кто-то действительно ожидал, что Толкин внезапно уберёт Мерри и Пиппина – это совсем не в его стиле – но неопределённость их судьбы вносит некое напряжение.
Также это глава с очень сильной, особой стилистикой. Не считая очень короткого эпизода в «Путешествии во тьме», здесь мы впервые видим всё с точки зрения Пиппина. И Пиппин восхитителен. Но также у Пиппина нет ни малейшего представления о том, что происходит, и этот ограниченный взгляд на события придаёт главе новый поворот. Когда появляются всадники Рохана, это безусловно должен быть момент триумфа. Мы встретили их вместе с Арагорном и компанией в прошлой главе, и Эомер проявил себя как действительно стойкий парень. Это должно было стать облегчением. Но когда Пиппин замечает их приближение, он теряется. Он понятия не имеет, кто эти люди, они выпускают в него стрелы, и он приходит к выводу, что всадники просто убьют его и Мерри, когда начнётся бой. Вот как Пиппин воспринимает их:
«Повсюду вокруг холма, на котором собрались Орки, загорелись небольшие сторожевые огни, золотисто-красные в темноте, они замкнулись в круг. До них можно было достать выстрелом из лука, но всадники не показывались на фоне огня, и Орки потратили много стрел, расстреливая костры, пока Углук не остановил их. Со стороны всадников не слышалось ни звука. Позже в ночи, когда луна вышла из облаков, их можно было заметить случайно, неясные фигуры, возникавшие то там, то тут в белом свете, двигались в непрерывном карауле».
Использование точки зрения Пиппина для такого отдалённого и отстранённого описания персонажей, нам уже известных, придёт главе ощущение свежести. Мы-то уже знаем про всё, что тут случилось, но не знаем, как это воспринимал Пиппин.
ПиДжей, мне так трудно воспринимать Мордор серьёзно, если это его агенты
Орки
А ещё, конечно же, здесь есть орки. Мы видим всё глазами Пиппина, но указанные в заглавии орки действительно оказываются в центре внимания.
Во время предыдущих появлений орки были безымянными безликими антагонистами. Они были «на разогреве» у Балрога, они сеяли хаос у подножия Рауроса. В «Урук-Хаи» они становятся персонажами. Ограниченными, злобными и неприятными, но персонажами. И почти забавный способ передать несогласие между Айзенгардом и Морией, Саруманом и Сауроном – через толпу склочных управленцев среднего звена, которые спорят о своей подведомственности, прямо как кучка копов в мелком городке, когда они замечают, что ФБР интересуется их местом преступления.
Мерри и Пиппин обнаруживают себя в плену у трёх групп орков, спорящих из-за них. Углук и Урук-Хаи собираются нести хоббитов в Айзенгард (простите). Гришнак хочет забрать их в Лугбурз, так орки лирично называют Барад-дур. А орки из Мории просто хотят их убить и убраться от этого проклятого света солнца.
Здесь предполагаются всевозможные непрочные союзы и давнишние неприязни. Гришнака бесит любое упоминание о Сарумане. Углук, зная, что он сильнее физически, сыт по горло, делая «грязную работу» за орков Саурона. Все споры улаживаются путём отрубания голов. Это разительно отличается от того, как «зло» представлялось у Толкина до сих пор. В отличие от далёкого Саурона или близкого и вечного искушения Кольца, здесь представлена гораздо более натуральная и приземлённая жестокость.
Урук-Хаи, очевидно, самая восхитительная часть орков
И всё это может быстро наскучить. Трудно найти в фентези что-то более общее, чем мерзкие уродливые орки. Но, зная мировоззрение Толкина, здесь можно обнаружить дополнительный слой для изучения. Орки Толкина по сути – искажение или извращение. Хотя происхождение орков остаётся непонятным и неясным – Толкин предлагал около восьми разных версий в разное время – они связаны одной общей идеей, что орки получены путём искажения чего-то другого. Саурон, а до него Мелькор, не были способны создавать жизнь. Орки были просто существами, полученными из людей, эльфов или зверей через искажение. Они превратились в создания, говорящие на языке таком же искажённом и собранном из разных фрагментов.
В свете этого споры о том, идти им в Айзенгард или Мордор (или просто убить хоббитов на месте) – нечто большее, чем просто мелкая грызня. Это ещё и искажённое отражение споров между Леголасом, Гимли и Арагорном. Углук – это своего рода зеркальный Арагорн: он лидер отряда, но не вдумчивый и действующий согласованно, а упрямый и жестокий, сносящий головы тех, кто не согласен с ним. У Толкина есть постоянная привязка ко «злу», и в отличие от многих других фентезийных эпосов, оно никогда не бывает Иным.
Мерри и Пиппин
Несмотря на всё это, глава, битком набитая орками, может стать довольно неприятной очень быстро. К счастью, у нас есть противовес в лице Мерри и Пиппина, которые умудряются быть такими восхитительными несмотря на все обстоятельства. Я и не представляла, как мне будет не хватать хоббитов. Они отсутствовали всего две главы, но я чувствовала, что чего-то не хватает, когда их не было.
Это особенно хорошая глава для Пиппина, персонаж которого развивается всего на нескольких страницах. По понятным причинам он сам не свой в начале:
«И зачем только Гэндальф уговорил Эльронда отпустить нас?» - думал он. «Что от меня проку? Просто обуза: седок, ноша для орков. Я надеюсь, Странник или ещё кто-нибудь придёт и спасёт нас! А стоит ли надеяться на это? Не нарушит ли это все планы?»
Эти мысли слегка разбивают мне сердце. Пиппин не только сожалеет о том, что их схватили, но умудряется чувствовать свою вину за то, что надеется на спасение. Чувство вины у тебя на пятёрку, Пип.
Несмотря на это, и Мерри, и Пиппин показывают себя знающими и находчивыми на протяжении всей главы. Хотя они рассматривают себя как ношу без действия, Пиппин ухитряется незаметно для своих стражей освободить руки и оставить знак для Арагорна и компании. Мерри, который отрубил лапы банде орков перед пленением, использует знание географии, почерпнутое при разглядывании карты в Ривенделле, чтобы после побега выяснить, где они находятся и куда им надо идти.
Возможно, самое вдохновляющее здесь – это стойкость хоббитов. Мерри и Пиппин пошли через действительно страшное испытание и всё ещё находятся в угрожающем положении. Но вот как они реагируют:
Они шли и сравнивали впечатления, по-хоббичьи непринуждённо болтая о вещах, которые произошли после их пленения. Услышавший их и не догадался бы по их разговорам, что они страдали и были в страшной опасности, двигаясь безо всякой надежды к мучениям и смерти; или что даже сейчас, как они понимали, у них мало шансов когда-нибудь найти друзей или безопасное место.
Очень по-хоббитски.
Заключительные комментарии
[*]Обновление «Толкин и раса»: его орки, не важно, как вы это воспримите, слегка расистские. Я не думаю, что они такие же расистские, как орки П. Джексона, но орки Толкина – затруднительная часть его работ. Как я говорила выше, орки Толкина возникли благодаря извращению существующих видов (так как Саурон и его предшественник могли искажать, но не создавать). Учитывая то, что орки в разных эпизодах описаны как «жёлтые», «чёрные» и «косоглазые», это приводит к неким очевидно неудачным предположениям. Я не считаю, что Толкин был намеренным расистом, - я думаю, он числится среди тех, кто высказывался против расизма в течение всей жизни – но сложно отрицать факт, что в его работах можно найти связь между злом и не-белизной. Чуть больше об этом позже, когда мы доберёмся до глав с различными группами людей, примкнувших к Саурону.
[*]«Снова и снова перед его взором внезапно возникало проницательное лицо Странника, склонявшегося над тёмным следом и бегущего, бегущего следом». Я не знаю, как рассматривать такое предвидение со стороны Пиппина.
[*]Гришнак пугает Мерри и Пиппина ужасом «Вопрошающего» в Мордоре. Это эвфемизм для Саурона, или это кто-то из его прислужников (возможно, один из Девяти)?
[*]В этой главе так много мелких деталей, над которыми можно порассуждать. Насколько высоким рангом обладает Гришнак в мордорской системе воинских званий? Он действительно знает о Назгул за рекой или просто блефует? Правда ли, что существует какая-то любовная история почти Ромео и Джульетты между Урук-Хаи и одним из слуг Саурона?
Лучшая цитата: «Он направился под огромные ветви дерева. Они выглядели невообразимо старыми. Серые спутанные бороды лишайников свисали с них, шевелясь и раскачиваясь на ветру. Хоббиты выглянули из тени, оглядываясь на склон: маленькие крадущиеся фигурки в слабом свете казались детьми эльфов из давних времён, что выглянули из Дикого Леса полюбоваться на первый Рассвет».
Я с нетерпением жду Фангорн через неделю. Было крайне непросто найти какие-нибудь иллюстрации к этой главе, кроме набросков Урук-Хаи ПиДжея, но я не думаю, что подобные проблемы возникнут с «Древобрадом».
До Эовин осталось три главы.
Автор статьи: Кэтлин Валковиак (Fandomentals)
Перевод: Elenven
